Между Тетерей и Поршнем над зарослями папоротников гудела и плавилась крупная воронка. Чуть в стороне, под сломанной молодой осиной, лежал «ломоть мяса» — тёмное образование, комок аномальной материи, плоть Зоны. Поршень с Мазаем заметили артефакт одновременно и вдвоём двинулись туда, но Мазай сразу остановился.

— Бери ты, у меня вон там вроде «капля» лежит. Отсюда не разобрать, сейчас скажу… — он сделал шаг вперёд, и тут его за локоть схватил Змеёныш.

— Погоди! Не ходи дальше, там на лёжке кабаны. За сломанной осиной, видишь?

— Откуда знаешь? — Мазай замер. Тетеря слева насторожился, палец его на спусковом крючке напрягся.

— Погодь, Поршень, — вполголоса сказал он сталкеру, который уже опустился на карачки и подбирался к «ломтю мяса» с контейнером в руке. Поршень не услышал Тетерю за гудением разделявшей их воронки.

— Поднимет мутантов! — тихо выругался Мазай. Магадан, заметив, что все остановились, тоже задержался в кустах, за ним и Ясень встал.

— Что там? — спросил Магадан.

— Кабаны! — прошептал хромой сталкер. Магадан присел, втянув голову в плечи, оглянулся.

— Ты куда смотришь, Ясень, чё не сказал?!

— Чего? — удивился Ясень, вытягивая шею. Поршень медленно пробирался по высокой траве к артефакту.

— Спугнёт, — процедил сквозь зубы Мазай и позвал вполголоса: — Вертайся!

У кабанов сон чуткий, а злые они со сна — не дай боже. Нетерпеливо вертевшийся на месте Змеёныш взмолился:

— Я прогоню их, Мазай! Я могу! Я их чувствую!

— Не сметь! — приказал хромой, не сводя глаз с Поршня. Тот был всего в паре метров от сломанного деревца, за которым, по словам пацана, спали мутанты. Кабанья стая — это пять-шесть взрослых особей. Да так близко! Если Поршень сломает сучок, хрустнет, тронет осину… Кто-то не вернётся из экспедиции. Мазай был хорошим командиром, его ребята всегда приходили обратно. Не хотелось терять никого, даже сволочь Магадана.